Прежде чем порассказать о мыслях, посещающих мужчину при взгляде на выставленные на всеобщее доклад прелести, нужно испробовать представить себе, что думала (если думала) и чего хотела добиться (если хотела) их обладательница.

Автор далек от позиции, утверждающей, что дама всегда не думает и надевает шокирующий облачение свободно потому, что друг, соседка или продавщица магазина сказала ей, вероятно она в нем шикарно выглядит. И ей даже в голову не приходит, что советчицы говорили не открывающий, а именно со целью выгнать модницу на позорище.

Я скорее склонен думать, что дама все-таки обдумывала близкий облачение, и ставила перед собой определенные цели. Какие же?

1. По присущему всем мужчинам самомнению, на первое должность ставлю дума, блестяще сформулированную людоедкой Эллочкой: «Увидев меня таковой, мужчины взволнуются. Они задрожат. Они пойдут за мной на край излучение, заикаясь от любви... Я самая красивая. Такой элегантной кофточки нет ни у кого на земном шаре».

Что будет мастерить на краю земли наша красотка со толпой влюбленных в нее мужчин, оставим на совести соблазнительницы.

2. Однако представляется всесторонне возможным, что ни о каких мужчинах наша героиня не думала абсолютно. Она обнажилась до пределов, дозволенных общественным мнением, свободно со целью продемонстрировать остальным дамам, что имеет нечто такое, что им и не снилось в сне. Пусть поскрипят зубами от зависти.

3. И наконец, всесторонне будто, что супруг, справедливо считающий, что не стоит дразнить гусей, в категорической форме был не согласен со подобным нарядом. Если он подкаблучник и не мог свободно запретить жене одеться в костюм одалиски, то беспременно канючил целый вечеринка: «Ну посмотри, на кого ты похожа? Знаешь, который так одевается? Если желаешь щеголять в таком виде, то я со тобой не пойду, я не желаю позориться вкупе со тобой».

И дама идет одна, свободно чтобы настоять на своем и изобразить мужу его должность. А может дух, это было частью хорошо продуманного плана, в который супруг вероятно не вписывался.

По одной из перечисленных причин или по какой-либо иной, либо абсолютно кроме причины, дама выносит то, чем оделил ее Господь (или пластический врач), на всеобщее доклад. Как и что подумает женская half общества, останется за рамками этого исследования. Нас интересует, что подумают мужчины?

Чтобы ответить на данный дилемма, необходимо овладеть несколько версий. Варианты званого вечера, бала, приема и прочие, когда все будут в вечерних платьях, мы не рассматриваем.

Вариант первый: дама пришла на встреча. Мужчина, свободно жаждущий лестно провести вечеринка, скорее всего обрадуется – облачение его избранницы свидетельствует о том, что приятность вечера едва ли будет омрачена неожиданностями.

Мужчина же, ухаживающий за нашей прелестницей, как сначала говорилось «с серьезными намерениями», имеет вероятность задуматься в несколько других направлениях.

Сколько тысяч других мужчин имеют вероятность любоваться тем, на что он надеется приобрести эксклюзивное право?

Для него ли конкретно было предназначено это дефиле, или модели все одинаково, со кем кончить вечеринка, едва бы он был приятным?

Как ему вести себя в ресторане, когда на его спутницу будут смотреть остальные посетители обоего пола?

Сможет ли он отстоять свою подругу, если подвыпившая контора за соседним столиком пожелает прихватить его спутницу в сауну «для продолжения банкета»?

И самое главное: «Для чего же она так вырядилась? Если бы она имела в виду меня, то могла бы продемонстрировать все наедине».

Да, бедняге есть о чем задуматься.

Вариант второстепенный: дама идет в таком виде на работу или по своему делу в некое введение. Тут уже избыток мужчин имеют вероятность призадуматься.

Чтобы читательницы этого исследования, а оно предназначено именно для них, могли меня осмыслить, я должен объяснить, как действует представление откровенного декольте на существ мужского пола.

Дело в том, что женщины, в абсолютном своем большинстве, не способны осмыслить мужчину. Да, многие в совершенстве владеют искусством ворочать поведением мужчины, но это ничуть не свидетельствует о понимании. Точно так же все больше женщин скоро разъезжают по дорогам за рулем авто, но едва одна из тысячи знает, как работает авто.

Женщины справедливо считают, что облик полуобнаженной груди привлекает взоры мужчин. Но они жестоко ошибаются, когда думают, что привлеченный таким образом взгляд безусловно привлечет и самого мужчину.

Дело в том, что мужик разглядывает женщину рефлекторно, то есть безотносительно от своей воли. Это безоговорочный рефлекс, как выделение слюны при виде лимона. Если бы его не было, то класс гуманный давно бы вымер. Но это ничуть не означает, что мужик безусловно наслаждается этим зрелищем или «пускает слюну».

Если он уже вышел из периода юношеской гиперсексуальности, когда возбуждает даже само глагол «женщина», то он найдет силы отвести взор и продолжить свои занятия, прерванные появлением нескромной дивы. Если же эта дива – его напарник и сидит близкий, то ненавистный рефлекс вновь и вновь будет притягивать его взор, он вновь и вновь будет прилагать усилия, чтобы абстрагироваться от этого зрелища. В результате действовать он уже фактически не станет способным, и все его силы уйдут на то, чтобы не «пялиться» на соседку. В результате он будет рассержен тем, что его действующий денек испорчен.

А попробуйте показать женщине на непорядочность такого поведения!
«Что хочу, то и надеваю; не нравится – не смотри, святоша бедный,» – будет результат. И это извращенный результат. Он не может не глазеть, как не может соблазнительница чинить авто или отпустить бороду – он так устроен Богом, так же, как она устроена по-своему.

Заходишь в магазин заказать пластиковые окна, но вместо этого вынужден пялиться в вырез приемщицы заказов, как назло безгранично симпатичной девушки. А ты на нее злишься: «Если мне нужно «клубнички», то я схожу в ларек и куплю Плейбой, или пойду вечером на стриптиз. Почему вы навязываете мне эту «клубнику», когда я этого не хочу!».

А скажи кому – вновь заливаться будут: «Ему женщины не нравятся». Нравятся! Даже сильно! Особенно моя женщина, которую я увижу едва вечером.

Невероятно смешно выглядят всякие теледебаты, когда за круглым столом сидят разные губернаторы, писатели, политики и прочая интеллигенция, в основном мужчины, а ведущая тележурналистка, талант, остроумная и очаровательная молодая дама, неизвестно зачем наденет облачение «дальше некуда». Круглому столу обеспечен провал, все знаменитости будут мямлить что-то невразумительное или банальное, сама журналистка, чувствуя, что что-то идет не так, теряет свое остроумие и не может «склеить беседу». Просто ее собеседники все внимательность отдают не теме круглого стола, а контролю за собственными взглядами.

А уж когда утреннюю передачу берется вести любимая всей страной ведущая, красотка, артистка, обаятельная дама, которую неизвестно зачем утром вырядили в наряд, которое и вечером не каждая решится насадить, тут уж бедствие для миллионов телезрителей. Жены злобно следят за направлением взгляда мужей, дети поменьше не понимают, что происходит, а дети постарше глумливо хихикают – словом, восход испорчено.

Женщины многого достигли в области защиты своих прав, особо на Западе. Говорят, что в Америке можно схлопотать время, если шлепнуть сослуживицу по мягкому месту. И безошибочно, вероятно, это оскорбительно, когда делается против твоей воли. Но который защитит права мужчин, которым некоторые особы навязывают созерцание своих молочных желез?

Алексей Дмитриев








Прежде чем порассказать о мыслях, посещающих мужчину при взгляде на выставленные на всеобщее доклад прелести, нужно испробовать представить себе, что думала (если думала) и чего хотела добиться (если хотела) их обладательница.

-Я пью, чтобы забыть, что я пью. (Джо Льюис)